Как древние люди изучали землю
![Как древние люди изучали землю](https://starodub-cpmsocsop.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/gyjamo.jpg)
При изучении этого курса начинается обучение географическому языку; учащиеся овладевают первоначальными представлениями и понятиями, приобретают умения использовать источники географической информации. Многие любители специализируются по отдельным объектам, типам объектов или типам событий [18] [19]. Значит, именно там возникли и первые культурные районы на Земле, зародилась цивилизация.
В конце XV в. Плоские стеклянные сосуды с делениями наполнялись маслом или иной горючей жидкостью. На поверхности масла плавал фитиль. Уровень сгоравшего масла медленно понижался, — и по отметкам на сосуде можно было судить о времени. Ночью это было очень удобно: спичек тогда еще не знали. Развивалась техника. В позднейшее время, правда, пытались возродить часы-лампы. Масло сгорало и уровень его понижался, тогда опускался поплавок, соединенный со шнуром.
Шнурок с грузом был намотан на валик. На валике же были насажены стрелки. Таким образом поплавок приводил стрелку в движение, и она показывала часы на циферблате. Эти забавные приборы не могли, конечно, иметь никакого значения для развития науки о времени и часах. Покинем этих чудаков, читающих псалмы монахов, «химиков», кипятящих песок с вином и лимонным соком. Откроем новую страницу истории времени.
Летом еще хуже — и пыли много, и жарко. Такие часы по внешнему виду были очень похожи на современные. И вот кто-то из средневековых мастеров-часовщиков или ученых придумал, как обойтись без воды и поплавка. Пусть гирька, опускаясь, сама поворачивает валик и ось с часовой стрелкой.
Такое приспособление было придумано, и появились часы с гирей, предки нынешних ходиков. Почти все они были установлены на башнях или фронтонах больших соборов. В «Божественной комедии» великого поэта Данте сказано:. И как часы, которых бой знакомый Нас будит в миг… И как в часах, колеса с их прибором Так движутся, что чуть ползет одно, Другое же летает перед взором….
То была эпоха, когда отмирал феодальный строй и нарождался новый — капитализм. Феодалы, владельцы поместий, жили еще в своих замках, окруженных рвами, укрепленных стенами, с подъемными мостами, башнями с бойницами. Но уже росли города, развивались ремесла, разъезжали купцы по дорогам.
По звону часов открывались городские ворота и сменялись караулы. По часам на башне расставлялись лотки на рыночной площади, начинался трудовой день жестянщиков и башмачников, цирюльников и кузнецов.
Часы созывали горожан на собрания или празднества. С появлением механических часов жители Европы научились новому счету времени. Предложенное Птоломеем деление суток на 24 равные части постепенно вошло в быт горожан, а затем и сельского населения. Следя за стрелкой, равномерно — и днем и ночью — движущейся по циферблату, европейцы привыкли к новой мере времени. Башенные часы с системой колес, зубчаток, вращаемых механической двигательной силой, — это уже подлинная революция в технике.
Изобретение колеса вообще начало новую эру в жизни человечества. Колесо позволило делать телеги, не отличавшиеся изяществом, но позволявшие перевозить тяжести. Древние народы пользовались колесницами на войне. Колесницы давали воинам стремительно вторгаться во вражеский стан.
Используя колесо, люди древности конструировали разные машины для подъема каменных глыб и других тяжестей. Эти машины, как и колесницы, приводились в движение силой человека или животных.
Знаменитый Витрувий, инженер Древнего Рима, дал такое определение машине его времени: «Машина есть деревянное приспособление, оказывающее величайшие услуги при подъеме грузов». Деревянные машины применялись в водоснабжении, в строительстве, в горном деле. Прообразы нынешних подъемных кранов — колодезные журавли; их знали ассирийцы и индусы.
Для подъема воды на высоту более 10 метров египтяне пользовались уже сложной машиной, состоявшей из зубчатых водочерпальных колес и вертикального вала. Вот устройство одной из этих машин. Большое деревянное колесо насажено на вертикальный вал. Длинные зубцы колеса, при его вращении, передают движение другому, вертикальному зубчатому колесу, вал которого скреплен с большим деревянным кругом.
Через этот круг перекинута веревочная цепь с висящими на ней длинными бадьями. Машина приводится в движение быком, вращающим вертикальный вал. Бадьи подымаются, и вода выливается в желоб. Для подъема тяжестей, например, для извлечения из рудников добытой породы или для выгрузки кораблей, древние народы применяли уже сложные системы блоков с колесами.
Появляются постепенно водяные мельницы, в которых вода играет роль двигательной силы. Колеса-двигатели с XII в. Машины значительно совершенствуются с того времени, как для устройства их стали пользоваться железом. В построенной немецким ученым Агриколой в XV в. Еще много веков должно было пройти, пока были изобретены паровые машины, двигатели внутреннего сгорания, сложные электрические машины. Но даже и в ту пору, когда машинная техника была слабо развита, колесные часовые механизмы проникают все же в различные области хозяйства, науки.
О времени появления механических башенных часов сведения противоречивы. Их изобретателем считают, например, жившего в Х в. Называют и другого изобретателя — монаха Пацификуса из итальянского города Вероны, он жил в IX в. Может быть, и тот и другой сконструировали механические часы, двигательной силой в которых была вода, как в клепсидрах. Герберт знал много языков, был математиком, физиком и астрономом, работал над истолкованием трудов древних философов. Живя в Испании, он общался с маврами, и от них позаимствовал большие познания в области астрономии и других наук.
Возможно, что наука арабов оказала ему пользу в изучении времени. То была мрачная полоса в истории европейских народов. Ученых людей, пытавшихся объяснить явления природы не при помощи церковных книг, обвиняли в ереси, почитали за магов и чародеев, подвергали пыткам в темницах и сжигали на кострах.
Герберту посчастливилось больше, чем другим. Хотя он и был обвинен в колдовстве за свои научные занятия, но дело кончилось лишь изгнанием его из Испании. Искусство монаха сослужило ему плохую службу.
Когда увидали, как колеса и гирьки показывают время, то никто не поверил, что дело тут не обошлось без нечистой силы. Думали, если удалось монаху сделать такую хитрую штуку, так, наверное, он знает волшебство и работает с помощью злого духа.
Пришлось изобретателю на время уехать. Но уже в XIII в. Рядом с маленькими наручными часами, в которых весь механизм движет тонкая стальная пружинка, кухонные часы-ходики с тяжелыми гирями, кажутся анахронизмом.
А ведь когда-то за них обвинили в чародействе: считалось, что человеку такое невозможно придумать. В те времена искуснейшим мастером считался тот, кто умел правильно нарезать зубчатые колеса или винт, а теперь даже молодой рабочий умеет рассчитать нарезку и сделать точь-в-точь по расчету. Достоверно установлено, что механические часы существовали уже в XIV в. Механик Бомон соорудил такие часы в г. Десятью годами позже английский монах Валлингфор построил часы для Сант-Альбанского монастыря, а в г.
Джиокомо де Донди установил часы довольно сложной конструкции на Падуанской башне. Эти часы показывали и годовое движение солнца, и ход планет, и фазы луны, наступление месяцев и даже годовых праздников. Механизм приводился в движение грузом, подвешенным к валу колеса, сцепленного системой многочисленных зубчаток.
Колеса, отлитые из латуни, потребовали для своего изготовления 16 лет упорного труда. Слава о падуанских часах распространилась по всем городам Европы. Падуя стала местом паломничества многочисленных ученых. В те времена башенные часы вели себя довольно капризно и требовали постоянного наблюдения и ухода. В течение дня несколько раз, обычно после каждого боя, приходилось поднимать груз, заводить колеса, которые приводили в движение молотки, ударявшие по колоколам.
Любопытны башенные часы в Меце, сооруженные в XVI в. Для их завода служил длинный канат, конец которого уходил в комнату башенного сторожа. Бедняга вынужден был бессменно находиться в своей каморке, чтобы все время подтягивать канат с грузом.
Капризы часов… Они были неизбежны для тех механизмов, которые сейчас кажутся нам такими несовершенными, но в XIV и XV веках являвшихся чудом техники. Владетельные князья считали часы просто сокровищами.
От почему, например, тотчас после взятия города Куртре герцог бургундский Филипп Смелый приказал разобрать находившиеся там башенные часы и перевезти к себе на родину, в Бургундию. И так эти часы были привезены в город Дижон и там восстановлены и поставлены на место. И там они бьют 24 часа и днем и ночью». Примитивна была техника производства башенных часов. Но старинные мастера весь свой ум, всю изобретательность направляли не на усовершенствование механизмов, чтобы обеспечить регулярный ход часов, а на усложнение их добавочными частями и колесиками.
Вплоть до семнадцатого века часы делали из меди или кованого железа. Система передач в этих — на современный взгляд грубых механизмах — мало отличается от сохранившихся до наших дней турнеброшей.
Турнеброши — это распространенные во Франции и в других странах Западной Европы приспособления для вращения вертела, на котором коптят свиные окорока. Производство и продажа турнеброшей составляла некогда важную отрасль часовой промышленности. Любопытны были и прозвища часовщиков лет назад. Слесарь города Амьена Жан Луазель имел звание «мастера часов, что на каланче». А слесарь Пьер Паран носил титул «водителя часов».
История не сохранила нам мастера, давшего идею страсбургских часов. Известно лишь, что их постройка началась в г. Часы представляли собой не только величественное архитектурное сооружение.
В низ был заключен прихотливый механизм, создание которого потребовало и изобретательской сметки, и очень сложных астрономических расчетов. Состояли часы из «вечного» календаря, планетария, сконструированного по системе астронома Коперника, показывали движение планет, фазы луны, затмение солнца, равноденствия.
Снаружи и внутри механизма находились циферблаты, отмечающие часы с их делениями, дни недели, положение звезд. Внутренний циферблат, имеющий в окружности 9 метров, служил для указания числа месяцев и имен святых, связанных с данным днем. Три циферблата на башне страсбургских часов. Вот маленький циферблат. По обе его стороны расположены два крылатых гения. Каждую четверть часа правый гений бьет по колоколу. Тогда начинают действовать четыре автомата, символизирующие четыре периода человеческой жизни.
Фигура, именуемая Детством, отбивает первую четверть, фигура Юности — вторую, Возмужалости — третью и Старости — последнюю четверть. После этого выступает Смерть, возвышающаяся на пьедестале рядом со старостью. Смерть отбивает полные часы. Не остался без дела и второй крылатый гений, слева от циферблата. Он поворачивал песочные часы, — и содержимое их высыпалось. В полдень, после двенадцатого удара, выходила церковная процессия.
Это были фигурки двенадцати апостолов, склонявшихся ниц. В то же мгновение восседавший на левой башне петух начинал хлопать крыльями и кукарекать.
Из облаков над циферблатом показывалась колесница с фигурками. Они указывали на богов, обозначавших дни недели. Башенные часы в шведском городе Лунде при каждом бое показывали двух рыцарей. Рыцари шли навстречу друг другу и наносили удары — столько ударов, сколько протекших часов показывали стрелки на циферблате.
Вслед за рыцарями, как можно было видеть через раскрывавшуюся дверцу механизма, появлялись волхвы и клали к ногам сидевшей Мадонны свои приношения. В германском городе Иене над циферблатом башенных часов помещалась голова чудовища. При каждом ударе в колокол пасть этого чудовища раскрывалась — и старый пилигрим приближал к ней яблоко, воздетое на конец палки.
И в тот момент, когда чудовище, изображавшее врага церкви, казалось, хотело поглотить яблоко, монах быстро отдергивал палку. Так, Ганс — это было имя чудовища — должен был олицетворять муки никогда не утоляемого голода. Эти сложные часовые механизмы говорят о все большем развитии техники и науки, о все возрастающей потребности в точных приборах для измерения времени. Впрочем, принцип устройства всех этих часов был один и тот же.
На горизонтальный вал намотана длинная веревка с гирей на конце. Гиря тянет книзу веревку, заставляет ее разматываться, и от этого вращается вал.
![Как древние люди изучали землю](https://www.ndbmarshak.ru/content/news/5195/okeany_razv.jpg)
Вращение вала, благодаря целой системе колес, передается основному колесу с зубцами, похожими на зубья пилы. Храповое колесо, соединенное со стрелкой часов, должно было вертеться медленно и равномерно. Этому помогал специальный регулятор, называвшийся билянцем. Билянец — металлический стержень.
Это — такая вертушка, служащая тормозом-регулятором. Устройство необычайно простое, но оно обладает некоторой технической хитростью. Суть ее в том, что лопатки поставлены на некотором отдалении друг от друга и направлены в разные стороны. Тяжелая гиря стремится опуститься и тянет шнур, на котором подвешена. Шнур намотан на барабан. Гиря поворачивает барабан, барабан — шестеренку, а шестеренка повернуться не может — мешает лопатка на оси билянца. Зубец толкает лопатку вертушки.
Лопатка уступает, поворачивается и пропускает зубец, но проскочить успевает только один зубец. Теперь уже она мешает шестерне вращаться. От толчков шестерни билянц крутится то вправо, то влево. При каждом его повороте проскакивает только по одному зубцу. В те годы даже комнатные часы старались делать побольше размерами. Стрелки были достаточно велики, чтобы служить вместо пик и копий. Чтобы регулировать ход таких часов, на коромысло билянца подвешивали грузы.
Грузы для билянца приходилось применять изрядного веса. Их навалили на коромысло билянца и таким образом отрегулировали ход часов. От большой нагрузки быстро снашивались оси и шестеренки. Ход часов нарушался. Весь механизм часов с билянцем был громоздок, груб, недолговечен и требовал постоянного надзора.
Около этих часов всегда лежал молоток. Когда часы капризничали, служитель подгонял шестеренки ударами молотка. Понятно, что Тихо Браге не доверял механическим часам и предпочитал пользоваться ртутными. Для астрономов часы с гирями были плохи. Постепенно монахи, святые, рыцари и чудовища сходят с башенных часов. С эпохой Возрождения приходит мода на античность. Мифологические герои и боги древней Эллады и Рима — прекрасные в своей красоте Аполлон и Венера, воинственный Марс, громовержец Юпитер, бог морских пучин Нептун с трезубцем в руке, покровитель кузнечного дела Вулкан, Меркурий, Сатурн — снова высекаются из мрамора и камня, изображаются на картинах, становятся персонажами звонких сонетов и занимательных новелл.
Ими украшаются и часы на башнях. В часах появляются и образы животных. Это уже не страшилища средневековья, а искусно отлитые или изваянные фигурки собак, лошадей, оленей, львов.
Над циферблатом часов во французском городе Анэ находился бронзовый олень. Он отбивал задней ногой часы. Бронзовые собаки, помещавшиеся по обе стороны от оленя, попеременно лаяли столько раз, сколько часов показывали стрелки.
В России часы стали известны почти одновременно с Западной Европой. Уже в XIII в. Например, в году летописец отмечает: «Апреля в 18 день, в субботу Великую, в 1 час нощи загоряся на Варяжской улице… Вздвишеся буря и верзеся огнь». Или другая запись: «В , Мая 22, в Пятницу в 7 часу дни скончася новгородский архиепископ Климент». Записей с указанием дня и часа события — пожара, северного сияния, солнечного или лунного затмения — в наших древних исторических книгах очень много. Это доказывает, что часы были распространены в России и известны русским людям.
Их ставил сербин Лазарь, приехавший с Афона. Народ дивился княжеским часам, которые отбивали каждый час, и звон их колокола разносился по всей Москве. Летописец отметил это событие и записал: «Сии же часник наречется часомерье; на всякий же час ударяет молотом в колокол, размеряя и расчитая часы ыощные и дневные: не бо человек ударяше, но человековидно, самозвонно и самодвижно, страннолепно, некако сотворено есть человеческой хитростью, преизмечтанно и преухищренно».
Боевыми они назывались за то, что обладали боем. Иногда летописцы употребляли и другое название, например: «Постави владыка Евфий в Новегород часозвон». Новгородские «часозвоны» и поныне целы. Документы показывают, что в г.
Петр Печенкин, посадский человек из Тихвина, взялся со своими работными людьми собрать боевые часы для одного из монастырей. Он обязался установить часы «как им бить на четверо часы по четвертям безмятежно». В его же обязанности входило обучить монастырского человека «водить» часы и на протяжении полугоде ему, Печенкину, подчинять часы «безволокидно».
Русские мастера отличались большим искусством в изготовлении часов, но делали они их несколько иначе, чем в других странах. Цифра текущего часа всегда становилась на то место, где на нынешних циферблатах находится Именно такие часы были установлены на Спасской башне в Кремле.
Диковинным был и бой этих курантов. Первый час дня всегда начинался с восходом солнца, затем куранты отбивали часы по порядку до захода солнца. Мастерство московских часовщиков славилось далеко за пределами нашей Родины.
Но время — это не только минуты и часы. Это еще и года, которые складываются в века.
![Как древние люди изучали землю](https://www.ndbmarshak.ru/content/news/5195/otkryv3.jpg)
А года ни солнечными, ни механическими часами не измеришь. Здесь на помощь приходит календарь. В году появилось уже двести девяносто восьмое поколение русских календарей.
Как видите, их род не так уж стар. Он появился на свет в году. Первый печатный календарь был не перекидным и не отрывным, он имел вид альбома и состоял всего лишь из шести листов. Долгое время такие календари были неразлучными спутниками отважных мореходов. Они стали самостоятельными книгами, а календари стали такими, какими мы их знаем сейчас.
Печатные календари, как видите, не очень стары, но вообще календари весьма древнее изобретение. Календари счет дней вели на пергаменте, на папирусе, вырезали на металлических пластинках или на камне.
Календарь, которым пользовались древние римляне тысячу лет назад, нашли во время раскопок погибшего города Помпеи. В м году нашего летосчисления началось сильнейшее извержение вулкана Везувия. Три города — Помпеи, Геркуланум и Стабии — погибли под пеплом, который был извергнут Везувием. В одном доме археологи нашли куб, высеченный из белого мрамора. Его боковые грани делились на три столбца. Четыре грани куба соответствовали временам года — кварталам, а весь куб служил своему хозяину календарем.
Еще более старый календарь найден в развалинах древнего Вавилона; ему лет. Эти календари имеют вид дощечек из обожженной глины. В дощечках сделаны отверстия по числу дней и месяцев. Владелец глиняного календаря должен был каждый день переставлять палочку-затычку из одного отверстия в следующее: таким образом он вел счет дней.
Приспособления для счета дней обычно находят в местах древних поселений самых различных народов, кроме русского. Календарей, изготовленных на Руси, историки не знают. Можно подумать, что русские люди обходились без календарей.
Но это совершенно немыслимо! Судить о далеком прошлом нашей Родины мы можем не только по материалам археологических раскопок. У нас есть также летописи, исторические сочинения. Разбирая записи первых летописцев, можно найти много сведений о прошлом. Но что такое «осветев»? Сопоставив между собой различное употребление слова «осветев», удалось установить его значение.
После новолуния появляется тонкий серпик молодого месяца. Еще семь дней спустя Луна становится полной, затем она начинает убывать и на следующую седмицу опять становится полукругом. Каждая фаза Луны длится обычно семь суток. Его запись показала историкам, насколько бдительно и неустанно следили летописцы за Луной.
В настоящее время редко кто обращает внимание на фазы Луны, а заметить какие-либо неравенства фаз и подавно никто не может. Нам это ни к чему. Иное дело в старину. Тогда, по-видимому, за фазами Луны следили непрерывно. Русские люди безошибочно определяли возраст месяца: только взглянув на форму лунного серпа, они точно говорили, сколько дней прошло после новолуния, то есть с начала месяца.
Видимо, летописцы, работая ночью у окна своей кельи, поглядывали на месяц, как мы на наши настольные или стенные календари. Месяц у них был подлинно небесным календарем. И не только русские люди, а и многие другие народы в глубокой древности пользовались изменениями вида Луны как календарем.
От этого обычая выкликать первое число каждого месяца образовалось наше слово «календарь». За свою более чем двухтысячелетнюю жизнь слово «календарь» приобрело два значения, два смысла. Таких слов с двумя значениями много в нашем языке. Например: часы —механизм и часы — мера времени. Но арифметика—это наука о числах и действиях над ними; это правила, которыми мы пользуемся при счете и действиях над числами.
Точно так же надо различать два значения слова «календарь». С календарями-правилами знакомы все. Каждый четвертый год, то есть номер которого делится на четыре, имеет один дополнительный й день; и такой год называется високосным.
Чередование простых и високосных лет совершенно равномерно, кроме вековых лет, для которых установлен особый порядок. Годы й, й и й пропускаются, и эти годы будут простыми. Поэтому правило чередования для вековых лет такое: високосными считаются только те вековые годы, номер столетий которых делится на четыре. Самый короткий в году месяц, февраль, имеет 28 или 29 дней, остальные — по 30 и 31 дню.
Год содержит пятьдесят две недели и еще один или два дня, которые приходится «занимать» у недели следующего года. Таков вкратце тот календарный порядок, которого люди придерживаются в настоящее время. Этот порядок не всегда был таким, и возник он не сразу. Там, сравнительно еще недавно, жили остатки совершенно первобытных племен.
В девственных лесах Бразилии или в кустарниковых зарослях Австралии кочевали племена, не знающие еще ни скотоводства, ни земледелия. Они жили на деревьях или в наскоро сделанных шалашах, пищу добывали, собирая дикорастущие плоды и ягоды, выкапывая съедобные коренья, охотясь на птиц и мелких зверей.
Одно из кочевых бразильских племен, бакаири, было обстоятельно изучено учеными-антропологами. Люди племени бакаири не имеют календаря. Так много, как волос на голове». Бакаири знают день и ночь, различают фазы Луны, радуются, когда видят узкий серпик молодого месяца, но сколько дней в месяце, сказать не могут… и ворошат волосы на голове.
Это уже много! Год и подавно не укладывается в их понятии. Кроме того, год как мера времени им не нужен. Сезонные изменения в растительном и животном царстве, перемены погоды служат для них естественным календарем, и они ему подчиняются, не ведя особого счета дней и не нуждаясь в нем. Если верить преданиям, то во времена их возникновения, то есть — лет назад, люди жили по — лет. В чем же дело? Охотники уж не ждали удобного случая, когда под руку подвернется какая-нибудь дичь. Запомнили время, когда медведи укладываются спать на зиму в берлоги, а волки начинают собираться стаями.
Умели следить за сменой времени года и считать дни скотоводы. Основой календаря и мерами времени послужили такие явления природы, которые чередуются наиболее регулярно: восход и заход Солнца и фазы Луны. Сутки — более поздняя мера, чем день, так как люди не сразу поняли, что день и ночь неразрывно связаны между собой и составляют одно целое — сутки. День и ночь, свет и тьма казались прежде совершенно противоположными, как добро и зло. Люди считали поэтому дни и ночи в отдельности.
Летописцы не употребляли и не знали слова «сутки», а писали — «день». Сутки как мера времени — более позднее открытие. Вторым указателем времени послужили фазы Луны.
Поэтому при создании календаря Луна служила людям опорой раньше, чем Солнце. Люди видели, как сначала появляется узкий светлый серпик и постепенно превращается в полумесяц. Полная Луна начинает убывать, снова становится полумесяцем, и, наконец, по прошествии 28 суток исчезает совсем. Воскресный день прежде называли неделей, то есть днем, когда «не делают» — не работают. За неделей шел понедельник, то есть день после недельного дня. Второй день недели называли вторником, средний день недели — средой.
Украинцы, белорусы и сейчас еще называют воскресенье неделей. У западных народов — французов, англичан, немцев и других — названия дней недели связаны с названиями семи «блуждающих звезд» или планет, которые в те времена были известны: Луны, Меркурия, Венеры, Солнца, Марса, Юпитера и Сатурна; и число дней недели равнялось семи, по числу планет. Так ведется и поныне. Монгольские народы в осеннее новолуние устраивали конские скачки и другие состязания. Почти у всех народов слово «месяц» означает и Луну и двенадцатую часть года.
Однако, научившись следить за фазами Луны, люди в глубокой древности еще не знали, что такое год. Люди считали время только на месяцы. И разгадка простая: возраст тогда определяли не числом прожитых лет, а числом месяцев.
Интересно, что предания о долголетии возникали у скотоводческих народов. И это не случайно. В первую очередь на этот счет перешли народы, основным занятием которых было земледелие. Календари же, в основу которых был положен год, называются солнечными. В летописи первого нашего историка Нестора есть такая фраза: «Пойдоша с ним вскоре на кольех [то есть на колесах], а по грудному пути: бе бо тогда месяць грудень, рекше ноябрь».
Разгадка древнерусских названий других месяцев была куда сложнее. Что такое изок? В современном русском языке, кроме названия одного селения и железнодорожной станции Изога нет ничего похожего на это слово. В одной из позднейших книг, автор которой остался неизвестным, приводится перечень русских птиц. Какая же птица рождается после дождя? Может быть, слово «изок» означает вид гриба? Но в другой рукописи попалось описание пения изока; он, оказывается, трещит, верещит. Немедля стали искать греческий подлинник, чтобы посмотреть, как по-гречески называется эта загадочная птица.
Подлинник нашли. Так вот что такое изок! Это кузнечик! Кузнечики действительно появляются в изобилии после дождей в июне и усиленно трещат. Но почему же неизвестный автор причислил их к птицам?
Он назывался по-русски «руен». В современном русском языке нет ничего похожего. Историк Н. Это очень похоже на старорусское руен. Ясно: сентябрь — осенний месяц, желтеет листва. У марта есть и другое название — «березол» или «березень». Апрель — березол, дубен, квитень, красавик, заиграй овражки, цветень.
Май — цветень, летень, травен, мур. Июнь — изок, червень, то есть червонный, — красный, класен, то есть колос, и кресень Это опять старое слово. Оно означает жар, огонь. Август — зарев, серпень, жнивень. Сентябрь — руен. Октябрь — листопад. Ноябрь — грудень. Декабрь — студен. Январь — просинец. Февраль — снежень, лютень, лютый.
Некоторые из этих названий соответствуют сезонным изменениям в природе — листопад, студен, снежень или цветень, травен, грозник. Это понятно: одни русские племена жили на севере по берегам Волхова и Невы, другие на юге, в низовьях Днепра.
На разных широтах весна наступает в разные сроки; на юге — раньше, на севере — позже. Различные условия трудовой деятельности породили различные названия месяцев. Время недолгого княжения Святослава летописец определил не числом месяцев, как следовало бы по чисто лунному календарю, а числом лет.
Мы видим, что уже в начале XII века большие промежутки времени русские люди считали не месяцами, а годами. Передавая сказание о гибели князя Олега от его коня, летописец Нестор пишет: «И пришедшу ему к Киеву и прибыв от 4 лета на пятое лето помяну коня» т. Это и понятно: русские люди были земледельцами; а какое дело пахарю до фаз Луны? При Луне землепашец спит.
А как стал укорачиваться день, — значит, лето клонится к зиме; не подумаешь о запасах—пеняй на себя. Можно смело сказать, что без воды не было бы и географии. По словам заведующей кафедрой гидрологии суши географического факультета МГУ Натальи Фроловой, каждый из нас в глубине души — гидролог. Просто не каждый готов в этом признаться. Об одной из главных ветвей могучего древа географических наук и о людях, посвятивших жизнь изучению водной стихии, она рассказала читателям сайта РГО.
Гидрология — наука, изучающая природные воды, явления и процессы, в них протекающие в пределах гидросферы. По исследуемым объектам делится на океанологию и гидрологию суши. В каждом объекте изучаются: водный режим и водный баланс, динамика водной массы и ложа, тепловые процессы и агрегатные состояния воды.
Исследует круговорот воды в природе, влияние на него деятельности человека, управление режимом водных объектов и водным режимом отдельных территорий Земли в целом. Даёт оценку и прогноз состояния и рационального использования водных ресурсов. Гидрология суши — раздел гидрологии, занимающийся исследованием гидрологических процессов, протекающих в пределах материков, с упором на континентальную фазу водного цикла. Четырёхъязычный энциклопедический словарь терминов по физической географии.
Издательство "Советская энциклопедия". Составитель профессор И. Щукин, под редакцией профессора А. Без гидросферы не появилась бы ландшафтная оболочка, без водотоков и водоёмов не состоялась бы человеческая цивилизация. Получается, что гидрология — самая важная часть географии? Насколько это древняя наука? Эта роль чрезвычайно велика. Вода образует океаны, моря, озёра, реки, ледники, находится в виде пара в атмосфере, проникает в почву и горные породы литосферы.
Она — не только важный компонент многих ландшафтов, но и активный геологический и географический фактор.
Благодаря своей подвижности вода играет важнейшую роль в обмене веществом и энергией между геосферами и различными географическими районами. Универсальная роль воды в природе объясняется её уникальными, аномальными физическими и химическими свойствами.
Это единственное вещество, существующее на нашей планете в трёх агрегатных состояниях. Его особенности определяют многие характеристики климатических, метеорологических и геоморфологических процессов на Земле. Работа на озёрах в Валдайском национальном парке. Вода также была и всегда будет самым важным природным ресурсом для человека. Она — необходимое средство жизнедеятельности. Мы пьём воду, вода входит в состав продуктов питания.
Она же — источник энергии, необходимое условие существования сельского хозяйства, водного транспорта, многих отраслей промышленности, рыбного и коммунального хозяйства, отдыха и туризма. Вода действительно пронизывает всю жизнь человечества, нехватка воды — тяжкое бедствие. Её наличие — непременное условие поддержания экологического равновесия и биоразнообразия в водных объектах и на суше.
С ростом населения планеты и неуклонным расширением хозяйственной деятельности растёт и потребность в воде. Одновременно с этим увеличивается и значение гидрологических знаний.
Как научная дисциплина она обособилась в году с появлением книги брата известного сказочника Шарля Перро — Пьера. Его работа "О происхождении источников" стала результатом исследований во время сооружения водопровода в Лувре. Автору потребовалось определить количество воды в Сене. Пользуясь современными терминами, он должен был измерить расход воды в этой реке.
Перро решил задачу. Он определил количество осадков и величину испарения в бассейне реки, а затем вычел из первой величины вторую. По сути — решил основное уравнение водного баланса в природе, хотя официально это уравнение будет записано австрийским исследователем Пенком лишь с лишним лет спустя — в году. Конечно, гидрология имеет гораздо более длинную историю и считается одной из древнейших наук в истории человечества.
Ещё шесть тысяч лет назад жрецы Древнего Египта наблюдали за уровнем воды в Ниле и оставляли зарубки на скалах и ступеньках, фиксируя уровни во время разливов. Уже тогда существовала своеобразная сеть станций гидрометрических наблюдений — так называемых ниломеров, расположенных вдоль русла реки. До нас дошла только часть результатов этих наблюдений продолжительностью в лет. Вот и выходит, что среди наук о Земле гидрология, безусловно, одна из древнейших. Её развитие шло по пути постепенного накопления знаний, организации наблюдений за режимом водных объектов, обобщения эмпирических фактов.
Уже потом были сформулированы основы гидрологической теории. Поначалу наша наука развивалась как отрасль физической географии, гидротехники, геологии, навигации. Как система научных знаний она оформилась только в начале XX века.
Роль гидрологии в жизни человека, часто недооцениваемая, исключительна. И это обусловлено не какими-то особыми достоинствами гидрологов, а вполне объективными обстоятельствами — уникальными свойствами воды как химического вещества, являющегося главным компонентом всего живого и той среды, в которой мы способны обитать.
Как она связана с другими естественными науками? Она изучает природные воды Земли и процессы, которые в них происходят при взаимодействии с атмосферой, литосферой и биосферой, учитывая при этом влияние хозяйственной деятельности человека. Поэтому гидрология занимает важное место среди других геофизических наук, наук о Земле, наук, имеющих отношение к трём основным "геосферам" — литосфере геология , атмосфере метеорология , гидросфере океанология и гидрология.
В гидрологии можно выделить два направления — географическое и геофизическое. Первое изучает водные объекты, закономерности изменения их вод по территории и во времени. Геофизическое направление акцентирует своё внимание на физических процессах, связанных с водой в атмосфере, литосфере и, разумеется, в гидросфере. Также гидрология является и практической дисциплиной, источником информации и технологий, обслуживающих сферу экономики, связанную с водным хозяйством.
Постоянно растёт её значение при научном обосновании строительства и экологическом проектировании, правильном природопользовании, охране окружающей среды. Другая важная область приложения — прогнозы речного стока и опасных гидрологических явлений, таких как наводнения, маловодья, селевые потоки, размывы берегов, загрязнение территорий.
Часто гидрологию считают частью физической географии. Является ли она самой важной её частью? Когда мы учились на географическом факультете, философию нам читал Валентин Сергеевич Лямин. Он развил теорию Григорьева о так называемой географической форме движения материи. Сейчас уже мало кто об этом помнит. Так вот, в её основе, насколько я помню, лежит взаимодействие гидросферы и атмосферы.
В тепловлагообмен между этими двумя сферами вовлекаются верхние слои литосферы. Это согласуется с распространённым представлением в науке о трёх основных объектах географии — климате, стоке, рельефе. Поэтому самыми важными будем считать гидрологию и метеорологию. Ну и потом геоморфологию, конечно. Тут он и остался. Король Рожер отлично знал северные страны, гордился этим и любил географию.
Так ведь часто бывает — больше мы любим то, что лучше знаем… Услыхал король про ученого-географа. Люди говорили, что никто на свете не знает южных земель лучше. Велел Рожер позвать Ибн-Идриси. И когда тот пришел, предложил вместе составить самую большую, самую подробную и самую правильную карту всего обитаемого мира.
Ведь король хорошо знал северные страны, а арабский географ — южные… Идеи и знания — удивительные вещи. Они как неразменный рубль из сказки, который нельзя истратить и разменять, сколько ни пользуйся. Вот, например, представьте себе, что у вас есть яблоко и у меня есть яблоко.
Если мы ими обменяемся, то у каждого так и останется по одному яблоку. И ничего не изменится. Но если у вас есть идея и знания и у меня есть идея и знания, и мы ими обменяемся, то у каждого станет по две идеи, и знаний станет тоже в два раза больше. Ибн-Идриси согласился работать с королем.
Ведь вдвоем они сделают больше, чем поодиночке, потому что смогут объединить свои знания. Ему казалось, что обыкновенная бумага — слишком простой и недолговечный материал для их карты.
Неизвестно, что ответил арабский ученый. Но король приказал выгрести из своей сокровищницы все серебро, которое там хранилось, переплавить и выковать из него такую большую пластину, какая только получится. Пусть на ней навечно будет нарисована замечательная карта, которую они составят.
Слово короля — закон. Принялись за дело сначала литейщики, потом кузнецы. Наконец четыре человека с трудом втащили тяжелый серебряный лист в рабочий кабинет географа. И с той поры целых пятнадцать лет Абу Абдалла Мохаммед Ибн-Идриси рисовал и резал, чеканил и выдавливал на мягком белом металле контуры стран и земель, известных ему и королю Рожеру.
Не дождался король карты — умер. Но арабский географ все-таки довел дело до конца. Все получилось у него, как было задумано. На огромной круглой пластине изображены моря и реки, горы и пустыни разных стран, а на длинном свитке написано прекрасное объяснение к карте. В одном только ошиблись и король, и географ. Серебро оказалось очень недолговечным материалом. Скоро наследникам короля понадобились деньги и… серебряная карта исчезла.
Мы бы и не узнали о ней ничего, не сохранись у Ибн-Идриси ее копий, нарисованных на простой бумаге. Они много лет верой и правдой служили людям и даже сохранились до наших дней.
Вот и подумайте, что долговечнее: серебро или простая бумага?.. На карте арабского географа собраны все самые передовые знания того времени. А рисовал он ее и чеканил примерно в середине XII века. Тогда люди еще не очень хорошо были знакомы со своей Землей, а то, чего не знали, выдумывали.
Поэтому на карте Ибн-Идриси и Рожера Второго можно увидеть многое из того, чего нет на самом деле. Но это ошибки с точки зрения нашего времени, а восемь веков назад никто бы их и не заметил. Кто такие путешественники! Давайте откроем толковый словарь на букве «П» и посмотрим, что там говорится о слове «путешественник». Вот: «Путешественник, путешествователь, странствователь; кто находится на пути, перепутье, в езде, ходьбе или кто много ездил по чужим местам».
Хорошее определение, нам годится. Потому что именно тот, кто много ездил «по чужим местам», их и открывал. Только сначала давайте договоримся, что значит «открывать землю». Ведь она никогда и ни от кого не была закрытой! И сказать, что какие-то земли были когда-то никому не известны, тоже неправильно. Каждый путешественник, приезжая в чужую страну, встречал в ней местных жителей, которые хорошо знали свою родину. Для кого же такие путешествия были открытиями? Прежде всего, для самих путешественников.
А еще для своих и чужих народов, населявших те страны, откуда выехали путешественники, и те, куда добрались после долгого пути. Но ни один путешественник не открыл ничего никому не известного, не нашел ничьей земли. Вся она принадлежала и принадлежит тем, кто на ней родился и вырос, кто ее обрабатывает и любит и называет родиной. Самыми древними странствователями были, наверное, купцы и торговцы.
Они ездили по разным дорогам и странам, покупали, продавали, обменивали товары. Одни хотели нажить при этом побольше богатства. Других гнали в дорогу не только нажива, но и любопытство или, лучше сказать, любознательность.
Нелегкими были у древних купцов-путешественников торговые пути: то реки, то болота, то леса, то горы; а дорог наезженных нет.
Лишь кое-где встретятся тропинки, неизвестно кем пробитые. Не только нелегки были такие поездки, но и опасны. То непогода застигнет, то звери лютые нападут. Но страшнее всего — лихие люди. В пустыне, в лесу ли — налетят разбойники: товары пограбят, купцов в плен уведут. На реках — ушкуйники — речные разбойники. В море — пираты на разбойных кораблях… У морских бродяг каких только названий не было! Называли их норманнами — викингами, варягами. Называли пиратами и корсарами, флибустьерами и буканьерами, называли каперами, приватирами и рейдерами.
Но как ни называй, все они — разбойники! Подстерегали купеческие караваны на морских просторах, грабили, убивали и — наутек… Надо было и от погони уйти, и место подходящее найти, куда чужое добро спрятать. Далеко уходили разбойники в неведомые края. Открывали необитаемые острова и новые земли. Буйные морские скитальцы в чужих странах бывали не меньше мирных купцов.
Выходит, что и разбойники путешествовали. Где разбойники, там и солдаты. Где солдаты, там и походы. А раз так, то чем солдаты не путешественники? Начинались войны, и кончались войны.
В таких делах без дипломатов не обойдешься. Послы разных держав с незапамятных времен ездили из одной страны в другую, встречались, плели интриги.
Собирали сведения, засылали шпионов. И писали обстоятельные доклады своим королям. Смотрите-ка, выходит, что и дипломатия и шпионаж — тоже профессии, в которых без путешествий не обойдешься.
Разные причины выводили в прошедшие времена людей на дороги. Путешествовали мастера. Переходили каменщики из одного города в другой. Странствовали архитекторы и художники. Строили каменные палаты, чтобы века стояли. Переходили от одного мастера к другому ученики-подмастерья. Бродили по дорогам врачи.
Чем больше дорог прошел человек, тем больше увидел. Многое увидел — многому и научился. Однажды в Федеративной Республике Германии увидел я на дороге человека, который будто спрыгнул с картинки из старинной книги: широкополая островерхая шляпа с перышком, рукава-фонарики на толстой куртке и низкие сапоги с широченными голенищами.
За плечами — рюкзак, расшитый цветными нитками. В рюкзаке — топор, да пила, да рубанок со стамесками. Нехитрый плотницкий набор. Кто таков? Оказалось, что в городе Гамбурге до сих пор существует цех бродячих плотников — тайное мужское общество. Чтобы стать его членом, надо не меньше чем на полгода уйти из дому и работать, не приближаясь к нему ближе чем на пятьдесят километров.
И только когда постранствует новичок, постучит молотком в разных городах и деревнях, попилит и построгает вдосталь, в старинном доме на окраине Гамбурга примут его старейшины в свой цех. Конечно, сегодня бродячие плотники — просто сохранившаяся традиция.
Но в средние века странствования были необходимы для изучения ремесла. В те годы даже студенты не учились с начала до конца в одном и том же университете. Поучатся немного и переходят в другой, потом в третий — из города в город, из страны в страну. Кроме всех перечисленных путешественников по необходимости — по ремеслу, по профессии — были во все времена и есть просто беспокойные по натуре люди. Беспокойные и любознательные.
Услышат про какие-нибудь чудеса в чужих краях и не находят себе покоя ни днем ни ночью, пока сами не увидят, сами во всем не убедятся. Если у них есть при этом цель: что-нибудь изучить, а потом написать книги и рассказать о том, чего люди не знали раньше, — тогда это настоящие путешественники-ученые. А если они просто от скуки переезжают из одного места в другое, глазеют бесцельно по сторонам, то это уже не путешественники, а бездельники.
В последние годы их развелось очень много. Называют они себя туристами… От карты к глобусу Пока корабли первых путешественников не отходили далеко от берега, можно было не заботиться о том, какая в действительности форма у земного шара.
Можно было вполне считать Землю плоской. И чертить любые карты без всяких помех. Подумаешь, большое дело — перерисовать местность с большой плоскости на маленькую! Но чем дальше уходили корабли от родных берегов, тем больше ошибок приходилось исправлять капитанам на старых картах. Это и понятно. Попробуйте разложить на ровном столе, к примеру, оболочку от воздушного шарика или волейбольную камеру. Только разложить так, чтобы все ее точки плотно-плотно прилегли к плоскости стола. После множества мучений вы придете к выводу, что способ для этого один: круглую оболочку-сферу нужно резать на полоски.
И чем уже будут полоски, тем лучше будут они прилегать к столу. Но кому нужна карта, нарезанная как лапша? Ею и пользоваться-то невозможно! Прибавление Сегодня самые древние следы поселений ученые-археологи находят в долинах больших рек. Значит, именно там возникли и первые культурные районы на Земле, зародилась цивилизация. Чем сложнее становилась жизнь в древних коллективах, чем больше богатств накапливали отдельные племена и роды, тем сильнее становилось неравенство в их среде.
Особенно способствовали этому войны.
![Как древние люди изучали землю](https://img2.labirint.ru/rcimg/bbdcbedb61a7d70d74e90e653c37d60e/960x540/books79/786488/ph_002.jpg?1653330305)
Военные вожди захватывали и гражданскую власть, чаще ходили походами на соседей, грабили, убивали, уводили людей в плен-рабство и заставляли побежденных платить дань. Только мало кому войны приносили счастье.
Небольшая кучка богатых из племени победителей становилась еще богаче. А те, кто были бедны, так бедными и оставались. Да еще и погибали часто в битве. А что говорить о побежденных? Так постепенно стало единое первоначально общество раскалываться на классы.
Когда-то давно, лет так за полтораста до начала нашей эры, изготовил древнегреческий философ Кратес из Малоса модель Земли в виде шара. Вы, конечно, понимаете, что он был последователем Аристотеля и учеником его учеников.
К сожалению, сама модель до наших дней не дошла. Но те, кто ее видел, говорили, что Кратес нарисовал на ней единую сушу, разделив ее на части пересекающимися реками, которые назывались океанами… Трудно, конечно, сегодня назвать этот образец настоящим глобусом, то есть точной моделью Земли со всеми материками и океанами, известными в ту пору людям. Скорее это был просто символ Земли. Первый настоящий глобус появился в Европе только в XV веке. Однажды в старинный немецкий город Нюрнберг приехал погостить сын почтенного торговца сукном Мартин Бехайм.
К великому горю родителей, он не унаследовал дело отца.
Вместо спокойной торговли Мартин скитался по морям. Неплохо зная математику, он стал опытным мореходом и поступил на службу к португальскому королю Жуану Второму.
Здесь он стал главным штурманом Португалии, и король посвятил его в рыцари. Через некоторое время новоиспеченный дворянин пожелал посетить родной город, чтобы похвастаться в кругу родных и знакомых тем, чего он добился вдали от родины. Почтенные нюрнбергцы, разинув рты, слушали рассказы земляка, объехавшего «третью часть шара земного».
Большинство из них и не подозревало, что Земля-то — шар… Стали просить нарисовать им на память то, что видел Мартин в своих дальних путешествиях. Согласился Бехайм. Приказал выточить деревянный шар размером в один фут восемь дюймов примерно пол метра и оклеить его пергаментом.
А потом сам нарисовал на нем все, что видел и знал. И снабдил свои рисунки подписями… Эх Мартин, Мартин! Лучше бы он не делал этого. Столько небылиц расписано на глобусе черными и красными чернилами, что немного спустя нюрнбергцы уже не гордились, а стыдились своего земляка.
Известные всем места на глобусе Мартина Бехайма имели такие ошибки в широтах, каких уже не делали даже на самых простых картах. А уж дальние страны были описаны и вовсе несуразно. Старинный глобус. В разных странах строили множество всевозможных глобусов — и маленьких, и больших, и совсем огромных… Однажды во время Северной войны в царствование Петра Первого русские войска оттеснили шведов, осаждавших твердыню Шлезвиг-Голштинского герцогства замок Готторп, и вечером в мрачном замке средневековой постройки был устроен пир.
Зная, что русский царь интересуется всякими редкостями, хозяева показали Петру огромный глобус, более трех метров в диаметре.
Снаружи он был оклеен бумагой с нарисованными контурами островов и континентов. Внутрь вела дверца. Нагнув голову, Петр шагнул в чрево огромного шара. Там посредине был укреплен столик, вокруг которого шла скамья.
А на стенах над головой и под ногами блестели звезды… Подали знак — и нарисованное небо стало вращаться, повторяя движение истинной небесной сферы.
Царю очень понравился глобус, и голштинцы подарили его русским. Если вы будете в Ленинграде, пойдите в Кунсткамеру. Там на пятом этаже башни музея по сей день находится Большой академический глобус, построенный русским мастером Тирютиным вместо бывшего Готторпского. К открытию Парижской выставки в прошлом веке французские мастера изготовили глобус диаметром больше двенадцати метров и установили его в специальном павильоне.
Глобус вращался со скоростью Земли, и перед очарованными зрителями проплывали леса и пустыни, горы и океаны… Правда, в конце прошлого столетия на Земле оставалось еще немало «белых пятен», то есть мест, которые не были исследованы и изучены людьми.
Но о них мой рассказ позже. Полярная картографическая проекция. От глобуса к карте В XV веке наступила на земле эпоха великих географических открытий. Отчалив от родных берегов, поплыли парусники через океаны.
Невероятной смелости были эти предприятия. Посудите сами. Прежде всего, европейские моряки не умели ориентироваться в открытом море. То есть, как определить стороны света — знали. А вот чтобы вычислить высоту солнца в полдень над горизонтом, им обязательно надо было пристать к берегу. Интересно тогда прокладывали путь штурманы и капитаны дальнего плавания. Надо, к примеру, отправиться от берегов Португалии или Африки на острова в океане.
Так вот, сначала корабль шел точно на север или на юг вдоль берега. И только когда солнце оказывалось в полдень на известной высоте, капитан давал команду повернуть к западу. Цилиндрическая картографическая проекция. Коническая картографическая проекция. Если вы играете в шахматы, то, наверное, заметили, что такой способ плавания по морям очень напоминает ход коня по шахматной доске.
Между тем у арабских мореплавателей уже давно была в ходу астролябия — прибор, позволяющий измерять высоту солнца, не приставая к берегу. В конце концов, освоив нехитрые навигационные приборы своего времени, люди повели корабли через океан. Тут-то капитанам и понадобились географические карты больших пространств. Засуетились тогда ученые-географы. Принялись думать, изобретать новые способы изображения шаровой поверхности на плоскости. Привлекли великих математиков к этой работе.
Стала по-настоящему развиваться наука о создании географических карт — картография. Помните, я говорил о разрезанной на полоски и похожей на лапшу географической карте? А ведь такие были. Их чертили на узких клиньях, как будто содранных с глобусов.
Но конечно, это был не метод. Впрочем, среди картографов до сих пор нет единогласия в том, Как лучше чертить карты. Одни считают, что главное — не искажать углы между меридианами. Такие карты удобны в открытом море. Другие уверены, что следует сохранять неискаженными площади фигур стран, государств и континентов. Третьи составляют свои карты так, что они дают правильную картину или правильный масштаб в одном каком-нибудь, главном для этой карты направлении.
Много способов изображения земной поверхности на плоскости существует сегодня. Картографы учитывают главные требования заказчика и выбирают проекцию в зависимости и от того, для каких целей предназначается карта, каков ее масштаб и кто и как будет ею пользоваться. Посмотрите, сколько проекций земного шара нарисовано на этой странице и на предыдущей.
Посмотрите на них внимательно, потому что в будущем вам наверняка не раз встретится и понадобится какая-нибудь из них. А может быть, и не одна. Прибавление Чтобы защититься от набегов врагов, а то и для того, чтобы спрятать награбленное, возводили люди стены вокруг своих поселков, строили укрепления. Появились на Земле первые города. Понадобилось и богатым защищать свое имущество.
Только уже не от врагов из чужих племен, а от своих, неимущих. Как же сделать это? Надо придумать законы. Назначить людей, которые будут следить, чтобы эти законы выполнялись, и наказывать тех, кто не слушался. Так появились на Земле первые государства.
О чем спорили ученые-космографы Ни в какие времена люди не хотели отправляться в путь, ничего не зная о том, что их ожидает. И потому для первых путешественников были очень важны предположения и гипотезы ученых — географов, астрономов и математиков, которых называли в те времена космографами.
Но еще важнее оказались их идеи для будущего развития науки о Земле. Главная из них — представление о шарообразности нашей планеты. К такой мысли и прийти людям было не просто, но еще сложнее — с нею согласиться. Корабли еще не выходили в открытый океан, а караваны не решались пересекать бескрайние пустыни без дорог, опасаясь заблудиться и погибнуть.
Для коротких же поездок представление о плоской Земле было куда удобнее, чем о Земле-шаре. И постепенно люди забыли великое учение. Но истина не умирает! Прошло время — поплыли корабли по океанам. Все дальше и дальше уходили они от своих берегов. Наконец ушли на запад, а вернулись домой с востока. Тут уж хочешь не хочешь, а признать приходится: Земля — шар! Ну что же, шар так шар. Только пусть самый лучший, самый ровный, круглый как мячик… Решил однажды английский ученый Исаак Ньютон проверить фигуру Земли.
Такая ли уж она идеально круглая? И что бы вы думали? По всем расчетам, основанным на точных законах, получалось, что земной шар должен быть сплюснут у полюсов.
Но в это же время французские астрономы, которые всегда ревниво относились к успехам своих английских коллег, рассчитали и получили совсем другую форму. Победил в споре Ньютон. Посланные в разные места экспедиции доказали, что полярный радиус нашей планеты примерно на двадцать один с половиной километр меньше радиуса экватора. Как же назвать такую фигуру? Решили окрестить ее эллипсоидом.
Вы, наверное, знаете, что в геометрии эллипсоидом называют поверхность, которая образуется, если сплющенный круг — эллипс — начать вертеть вокруг малой оси. Теперь все пошло хорошо. Но вот в космос взлетели первые спутники. Ученые всегда внимательно наблюдали за тем, по какой орбите движутся они вокруг Земли. И вдруг обнаружилось, что над Северным полушарием спутники словно ныряют.
То есть их орбита там проходит ниже, чем над южной половиной. Долго размышляли ученые. Считали на электронно-вычислительных машинах. И наконец сделали вывод: не ровный эллипсоид наша Земля, а «корявый».
Фигура нашей планеты скорее похожа на грушу с нашлепкой на севере и сплюснутую с юга. Океанский корабль. Старинный рисунок. А как назвать такую фигуру? Грушей целую планету не назовешь — неприлично. Придумали слово: геоид! Что означает «землеподобный». Теперь все стало на свои места: «Земля похожа на Землю — землеподобна». Какие бы уточнения ни возникли в будущем, название менять больше не нужно, так что форма у геоида может быть любой, самой сложной.
С Землей-шаром связана и еще одна очень интересная гипотеза. Выдвинул ее сирийский астроном и математик Посидоний, живший примерно между I и II веками до нашей эры, то есть больше двух тысяч лет назад. Посидоний разделил земной шар на девять географических поясов: на крайнем севере и на крайнем юге — нестерпимо холодные и потому необитаемые. А посередине, у экватора, — нестерпимо жаркие и тоже необитаемые. Люди, по мнению сирийского ученого, могли жить только в умеренных климатических зонах.
На первый взгляд, казалось бы, ничего удивительного в таком делении нет. Ведь сегодня мы тоже изучаем географические пояса. Только не девять, как у Посидония, а тринадцать. Однако сочинение сирийца на долгое время отбило охоту у европейских мореплавателей пытаться проникнуть из Северного полушария в Южное.
Никто не хотел добровольно изжариться на нестерпимо горячем экваториальном солнце. А ведь именно это обещал смельчакам Посидоний.
А возьмите знаменитый спор философов: «Земля находится в океане или океан в Земле? А если океан — в Земле? Тогда лучше снаряжать сухопутные экспедиции. Много лет сторонники первой точки зрения искали путь из Европы в Азию по океану. Те же, кто придерживались мнения противоположного, уходили все дальше на юг в поисках Южного континента, который там, по их мнению, должен был быть.
В конце концов и те и другие оказались правы. Одни путешественники из Европы добрались водным путем до Азии. Другие — отыскали за Южным полярным кругом Антарктиду. Именно споры и противоположные мнения во многом помогли этим поискам. Не менее важной для развития всей науки, в том числе и географии, оказалась идея философа Гераклита из города Эфеса. Жил он очень давно, еще в V веке до нашей эры. И уже тогда уверенно говорил, что ничто в мире не остается в покое, а, наоборот, «все течет, все изменяется».
А это означало, что должны меняться не только день и ночь, не только вода в реке, но и земля и небо, природа и общество. Очень страшным казалось такое утверждение многим людям. Тем, кто мало знает, кто не любит учиться и узнавать новое, гораздо спокойнее верить, что Землю создал бог. Создал такой, какая она есть, и такой же она всегда и останется. Богатым страшно думать о том, что может наступить время, когда изменится существующий порядок и их деньги не станут больше давать власти… Монахам и попам, муллам, раввинам и прочим священнослужителям тоже страшно такое утверждение.
Потому что вера в любого бога держится на неизменности первоначального учения. Вот и старались многие позабыть Гераклита. Скрыть его учение от людей. Но это не удалось! Много прекрасных идей и гипотез выдвинули античные философы и географы. Но все они были введены по догадкам, по предположениям, без проверки на опыте, то есть умозрительно.
А такие догадки — как сказки. Слушать их интересно, но практически использовать невозможно. Никакая теория без практики не проживет долго. Ее нужно подтвердить опытом, утвердить и передать в пользование человечеству.
А для этого науке нужны не столько философы — любители мудрости, сколько путешественники-практики. Должно было наступить их время. И оно наступило. Как открывали Европу На земле Эллады Греция — гористая страна с очень изрезанным берегом и массой бухт и островков. Склоны гор сбегают и поднимаются во всех направлениях, образуя между собой небольшие долины. Многие долины имеют выход к морю.
В этих-то долинах, у подножия склонов, в разумном удалении от морского берега — чтобы избежать наводнений и нападений пиратов — и построили древние греки свои первые города. Давайте поднимемся вместе с пастухом, который пасет коз, на выжженный склон одной из невысоких гор на полуострове Аттика или Пелопоннес.
В узкой долине, окруженные полями, теснятся деревни. В середине на холме или у подножия горы возвышаются стены укрепления. Нечто вроде городка. Все очень маленькое — по нашим представлениям. И народу в такой долине немного. Но тем не менее перед нами полис — отдельный самостоятельный город-государство Древней Греции со своим политическим строем, своим народом, классовыми противоречиями и заботами. Странно звучит такое словосочетание, не правда ли: город-государство… Мы привыкли, что в государстве должно быть множество городов.
В древности это было не так. Почти в каждой стране можно найти упоминание о городах-государствах, городах-республиках. А если случайно не было войны с соседями, то почтенные горожане дружно отправлялись в разбойничьи набеги на соседей или на более далекие земли и государства. После удачных набегов предводители забирали себе, конечно, львиную долю добычи и рабов и богатели.
Но там, где появлялся один богатый, оставалось десять бедняков. И постепенно все граждане полиса разделились на две неравные части: небольшая группа богачей — крупных землевладельцев — и масса свободных мелких собственников.
А еще были рабы. Рабство было основой хозяйства, основой экономики древних государств. Почти все свободные граждане полиса имели рабов, которые занимались домашней, а также самой тяжелой и грязной работой. Дома — дробили и мололи зерно, стряпали.
Под надзором хозяек рабыни пряли, ткали и шили одежды. Под бичом надсмотрщика рабы добывали руду, рыли каналы, участвовали в строительных работах.
Они были подсобной силой. У рабов не существовало никаких прав, даже имен. Чаще всего, чтобы отличить одного от другого, им давали клички по названию родины… Ремесло работорговца было чрезвычайно распространено в античном мире и даже считалось почтенным. Захватив город противника, победители чаще всего убивали взрослых мужчин и стариков, а детей и женщин уводили в плен. Пленных варваров продавали. Варварами греки называли всех чужеземцев без исключения. Не понимая чужого языка, греки передразнивали иноземцев: «Бар-барбар…» Отсюда и пошло название «варвар».
Воюя друг с другом, греки редко забирали в плен и продавали в рабство своих же соотечественников. Не потому, что было совестно. Просто существовало мнение, что из греков получались плохие рабы, и потому стоили они на рынках дешево.
Сегодня рабство трудно себе представить. Мы с детских лет уверены, что все люди независимо от языка, цвета кожи и национальности — равны. Все граждане должны быть свободны в своих государствах и пользоваться равными правами. Разве может быть иначе? Не может! Не должно! Нам это точно известно, потому что нет в мире другой столь многонациональной страны, как наша.